"Люби Бога и делай, что хочешь"
Блаженный Августин
Помогать легко. Нужно только захотеть.
Введение.
Предлагаемая работа - это посильное участие автора в сохранении исторического прошлого Арзамасского края, направленная на осознание необходимости восстановления храмов и монастырей как исторических памятников, тем более, что события русской церковной жизни напрямую связаны с историей нашей страны. Жизнь русского Севера была бы другой без Валаама. Куликовская битва не представима без участия Троице - Сергиевой обители. Процветание и развитие Арзамасского края также тесно связано с православной церковью. Только в Храме полностью раскрывается глубина и богатство духовного мира человека. А нашим землякам всегда было присуще особое благочестие, которое нашло своё выражение в активном храмостроительстве. Белокаменные храмы и монастыри, украшающие город, были построены нашими дедами и прадедами. Строительство каждого Храма длилось годами, при участии всего населения: люди приносили деньги, приходили работать сами. Как правильно сказал арзамасский поэт В.Аполлонов «Кто душу вкладывал и совесть, Кто деньги тряс из кошелька». Совместный труд по возведению Дома Божьего на земле давал людям чувство сопричастности к реалиям неземным, приучал их к жертвеннности. Об одном из них мой рассказ.
В церковной летописи говорится, что в 1580 году благочестивый житель Арзамаса Феофилакт Яковлев построил за собственный счет деревянную церковь во имя святителя и чудотворца Николая в 10 саженях от городской стены между Настасьинскими (в честь жены Ивана Г розного) И кузнечными воротами.
Кто же он, Феофилакт Яковлев?
Документы, хранящиеся в Центральном архиве позволили выяснить, что родом Феофилакт был из богатой купеческой семьи. Семья была многочисленная. Жили в Ореховской слободе, близ Спасского монастыря, но церковным прилежанием не выделялись. Посещали церковь в праздничные дни, дома молились наспех - дела торопили. Филя был младшим сыном, и в свое время отдали его учиться в школу к монахам. Купцы умели ценить грамоту - мастерство чтения, письма, счета. Трудности учебы помогал Филе преодолевать грамотей-монашек, ловко нашептывающий ему что требовалось. С тех пор подружились - один без другого никуда. Но приятельство было небескорыстно. Филя должен был таскать лакомства своему другу-шептуну, а когда случится, то и денежку стянуть из родительского кармана. Деваться было некуда: не хотелось березовой каши, за незнание урока приходилось платить . Но недолго продолжалось духовное развитие Фили. Смышленый ученик скоро потребовался отцу. В дело вошел так быстро, что имел много свободного времени и часто общался с монастырской братией, сдружился, посещая их службы, даже подпевал в общем хоре. Одевался скромно. Говорил немного, никогда не впадал в горячность. В один из ранних весенних дней с последним санным обозом пришло известие о гибели отца, утонувшего на переправе. Через некоторое время умерла мать. Семья стала распадаться. Филя от торговых дел отказался наотрез в пользу старших братьев. Себе выговорил родительское подворье да кубышку с золотом, особо хранимую родителями. Потребовалась хозяйка в доме - женился. Взял некрасивую, но работящую девушку - единственную дочь состоятельного соседа-прасола. Незаметно обстановка дома, образ семейной жизни, внешний облик Феофилакта - все стало уже иным. Обычная рубаха-подпояска заменилась удобным и добротным полукафтаном, вместо растоптанной обувки на ногах - сапоги бутылкой. Солидный дом, солидный внешний вид. По-иному стал взирать на жизнь и относиться к людям молодой купеческий сын. Смотрел вперед, поверх людей, с каменным лицом и сдвинутыми бровями, как будто далекий от обычных земных дел. Под влиянием жены и тестя становился Феофилакт ростовщиком, дающим нуждающимся деньги в рост, под процент. Дело спорилось. Все, кому стучалась нужда, - будь то старый, испытывающий голод и всевозможные лишения, либо выпивоха, жаждущий посетить кабак, - шли в лавку на Ореховской. Только бы залог .был стоящим, а ссуживал любой суммой. Частыми гостями становятся и знатные торговые воротилы, и не только города - многие нуждались в наличных. Люто обходился Фефилакт с должниками. Бывало, сорвет долг с процентами, а сверх того залог не возвращает. Уже сколько раз темной порой нападали с дубьем и ножом - отбивался и вновь брался за свое дело. Подпускали даже красного петуха, чтобы испепелить гнездо разбойника. Росла лишь свора грозных псов, стерегущих дом. Жили правилом: никому не набиваться в приятели, сходиться с людьми без спешки, быть осторожными, как волк в ясный день, и терпелив, как ворон темную ночь. Три дочери и два сына, Афоня и Гриша, радовали мать и отца. Заботы тяготели. Днем - в лавке, а вечером - дома, с семьей. Таскаться по церквам, ставить свечи, и вздыхать о тяжких грехах людей, есть постное Феофилакт давно перестал. Только и был в храме, когда сыновей крестили. Однажды тесть упросил на праздник посетить его, отведать хлеб-соль. Прежде все отказывался, а на этот раз согласился - предполагал поговорить с воеводой Григорием Шетневым, гостем прасола. И случилась беда. Жена с младшим, Гришенькой, вышли прогуляться за дом и были затоптаны стадом быков, разломавших подгнившую ограду загона. Разгоняя буйных животных, Феофилакт в гневе даже стукнул тестя. Бездыханные, истерзанные тела дорогих людей ошеломи что либо понимать, здраво мыслить. А на исходе ночи запылала хоромина прасола: все сгорело дотла вместе с хозяином. Феофилакт, весь черный от копоти и дыма, под утро ворошил в подклети укладку, в которой тесть таил свои сокровища. Затем несколько дней подряд стоял по утрам и вечерам перед образом, молясь за всех погибших разом и за каждого поименно. Забросил дела, худел, поседела борода, морщины лучами окружили глаз и губы, во всех чертах лиц проступала ранняя старость - плод не столько долгой жизни, сколько психического потрясения, пронзившего, казалось жизнь человека насквозь. Постепенно отходил от шока Феофилакт. Тому способствовал подрастающий Афанасий. Как-то познакомил приятель, игумен монастыря, с приехавшей его навестить дальней родственницей. Заприметлива была молодушка. Невысокая, бледная, с печальными глазами, чисто и опрятно одетая, она приглянулась вдовцу. И вскоре стала хозяйкой дома милой и гостелюбивой, души не чаявшей в приемном сыне. В это время и решил Феофилакт, конечно же, не без монашеской братии, построить церковь. Занимался строительством усердно, денег не жалел. Нанимал лучших плотников, искусных резчиков по дереву, знатных иконописцев. И вскоре стояла на холме шатровая церковь, узорочьем украшенная. Рядом звонница - бревенчатые стропила удерживали большой медный колокол и целый ряд мелких. По совету игумена Спасской монашеской обители Сергия была построена еще одна, зимняя, в которой потом священником стал сын Афанасий. Строительством нескольких обширных деревянных домов возле новопоставленных церквей было положено начало женскому монастырю. Здесь стало проживать сначала 30 послушниц, а вскоре их было несколько сот. В актах XVII века он упоминается как женский монастырь Николая - чудотворца Новыя Прощи (что означает грехи) и одновременно до 1741 года числился как православный приход. Во истину права народная пословица: "Не было бы счастья, да несчастье помогло".
Заключение. Арзамасцам всех поколений были присущи мудрость, любовь к своей земле, душевное здоровье и готовность к самопожертвованию. И мы также должны горячо любить свой край, гордиться им, хранить и беречь память о нашем духовном наследии. В заключение я хочу привести слова замечательного исследователя истории нашего края Н.М. Щеголькова : "Дай Бог, чтобы примеры прошлого руководили арзамасцами в будущем, добрые заветы предков наших на забывались, ошибок их мы научились избегать. Православие до скончания века да сияет в Арзамасе и под сению величественных святых храмов арзамасских да процветает благочестие".
Вот, говорят, Россия погибает.
Но не погибнет Русь моя вовек,
Пока из пепла храмы поднимает И памятники ставит Человек!
Комментариев нет:
Отправить комментарий